Постмодернизм Я сперва читал налево, а потом читал направо, сверху вниз читать пытался, а потом наоборот. Буквы плавали как рыбы, сочетаясь произвольно, избегая препинанья, запинаясь как-нибудь. Буквы щурились ехидно, меж собой играя в прятки. Кто, кого, куда запрячет? Кто, кого и с кем найдёт? С тем ли, с кем? Того, кого ли? Или гласную в [...]
Вместо предисловия Бабушка мне подарила велосипед марки «Украина», подержанный, но крепкий, что неоднократно доказывалось в самых нелепых крушениях. Именно на нём, в детских приключениях и путешествиях по Киеву, я открыл просторные улицы и проспекты строящейся Оболони и Московский мост, поразивший своей лёгкостью и величием. Он представлялся мне стрелой в напряженном серебряной тетивой луке. Стрела неслась [...]
* * * Как сказать, как выгородить, скрыть сласть преданья, причитанья прыть, дребезжанья лунную фольгу, расстоянья взлетную пургу, от влеченья властные сосцы, воспаленью верные рубцы? Так возьми и выжми, изложи до колючей проволоки, лжи, одолжись до одури, до грёз, до хрустящих кончиков берёз, чтобы до последних этажей поднималась дрожь от падежей, чтоб притворный выспренный предлог [...]
Колокол Начинается город с верлибра, начинается Киев с дождя. И ещё Оболонь не охрипла, и Подол не молчит уходя. Начинается город со звука, начинается осень с нуля: Что по Павловской метит разлука? Что молчат с высоты тополя? Что на дальних баянах-заборах ветер в пёстрой накидке садов начинает из скрипа и сора выводить в первый [...]
* * * Живу на барабанной пустоте, на плоскости тугого притяженья, в ядре молчанья, в центре воспаленья, в глазнице звука, в коме, в наготе, в кольце степных креплений горизонта, на поле боя, в дроби солнца, в мозаике металла кочевого, во сне у времени, в былине слова. Гора Если гору принять за дырявый камзол, из [...]
ЯНВАРСКИЕ СТИХИ Моему отцу 1. Время многослойно. Время существует только в памяти. Оно во множестве бесконечных плоскостей, пересекающихся, раздваивающихся, вбирающих весь мир, весь космос сознания растерянного человека, который с испугом замечает, что расстояние от любого из дней заполняет проём, где быт, встречи, работа, этот бесконечный тетрис причинно-следственного абсурда, находятся в беспомощной невесомости перед крещенским морозом [...]
Репортёр 1. Осипу Мандельштаму Репортёр переходит улицу, вращается солнце. Господин с бакенбардами кланяется знакомым. У меня есть окно, за окном — ежевика, верный зритель пляшущего карандаша. Кто потом разберёт, да и сам я — вряд ли, разве что корректор взломает синтаксис, что творится с речью, когда молчание переходит в полное безразличие. Heт, не рифма то, [...]
Колыбель языка 1. В дальних странах, где лучше, поскольку я здесь, выжить, кажется, проще, чем на луне в скафандре, но с ночью в город вселяется спесь и бродит в нём, насилуя слух и волю ложью, уподобившейся Кассандре, вошедшей с ахеянами в долю. Одиссей с похмелья не может встать. Снятся пыль и кровь на луне [...]
Киевские картинки 1. Каприз Я бездельничаю. Из волшебной пустоты вытягиваю нитки. Сейчас она распустится и упадёт. 2. Небо А может, небо — это состояние? Между свергнутыми в беспамятство листьями И надломленной хворостинкой Весенний жучок озабоченно ползет в сторону, Оттаскивая за собой небо. 3. Осень Осень, в еловые шишки прячутся звуки твои. Медленно-медленно наплывают на [...]
